О классиках, учителях и товарищах

Введение из книги А.М. Вейна «Неврология в лицах. (О классиках, учителях и товарищах)».

Мне 72 года. Это, конечно, немало. Хотя в душе себя старым не считаю. Есть планы, по-прежнему мне интересно работать, читать, встречаться с людьми. Сорок девять лет я связан с клинической неврологией и никогда не жалел о своем выборе. Через год, е. б. ж. (так Лев Толстой в письмах обозначал «если буду жив»), состоится наша золотая «свадьба». Считаю свою судьбу и жизнь счастливой. В молодости был сделан верный выбор, и мне кое-что удалось осуществить в своей специальности. Конечно, можно было бы сделать больше, глубже, шире, но мне кажется, что я реализовал в значительной степени возможности, которые были мне отпущены природой. Ни больше и не меньше, а, как говорят, в самый раз. Поэтому, вспоминая о прожитых годах, я особенно ни в чем себя не упрекаю и думаю, что, хотя жизнь и не была простой и гладкой, все же что-то удалось осуществить и это — основание считать жизнь в целом удачной. В ней были и всегда остающиеся в душе потери. Восемь лет назад я потерял любимую жену и верного друга. Огорчаюсь, что мои внук и внучка не будут, скорее всего, заниматься неврологией. Редеют ряды друзей. При всем этом остается глубинное ощущение достаточного самовыражения в уже прожитой долгой и одновременно скоротечной жизни. С возрастом все более хочется об этой жизни вспоминать и писать. Мемуары — удел немолодых людей, и они сейчас в большой моде. Есть такой искус и у меня, но я его довольно жестко смиряю. Большинство людей, творящих мемуары, — люди смелые, отчаянные. Ведь надо быть уверенным, что твоя личность интересна и достаточна, а то, что ты рассказываешь, может быть значимым и поучительным для многих людей. В полной мере такое удается лишь незаурядным личностям и талантам. К числу моих любимых книг относятся «Былое и думы» и «История моего современника». Но для этого надо быть Александром Ивановичем Герценом и Владимиром Галактионовичем Короленко.

Реализуя возрастную потребность к воспоминаниям, я выбрал форму рассказа о крупных неврологах, с которыми меня свела любимая неврология. Пишу лишь о тех, кого уже нет с нами. Память наша коротка и многие молодые неврологи мало знают, а подчас и не очень стремятся узнать о своих предшественниках. Я хотел рассказать о многих замечательных врачах и ученых, но не смог этого сделать, что меня и огорчает.

Судьба подарила мне возможность наблюдать за Н. В. Коноваловым, С. Н. Давиденковым, Б. Н. Маньковским, Н. И. Филимоновым, Н. К. Боголеповым, Л. Б. Литваком, Г. Д. Лещенко, А. Г. Пановым, Г. А. Акимовым, В. С. Лобзиным и многими другими. Но оказалось, что след в моей душе, который они оставили, не сопровождается достаточной памятливостью, и я не смог написать о них что-то очень личное. А смог написать о своих учителях Н. И. Гращенкове и А. М. Гринштейне, о людях, с которыми много лет работал рядом или часто встречался. Выбор, конечно, очень личный, но так сложилось.

Все началось с того, что вместе с Н. А. Власовым мы написали книгу о Н. И. Гращенкове, затем грузинские друзья попросили вспомнить о П. М. Сараджишвили, а екатеринбуржцы — о Д. Г. Шефере. Так и начали складываться эти короткие заметки, которые я посвящаю памяти ушедших от нас моих учителей и друзей. Так получилось, что возникли еще две фигуры, с которыми я, естественно, не был знаком, но о которых часто и благодарно думаю, — это Алексей Яковлевич Кожевников и Владимир Михайлович Бехтерев. Я не писал документальные исторические воспоминания. Скорее всего, это импрессионистские блики к портрету дорогих людей. А задач было несколько: пробудить интерес к истории отечественной неврологии, побудить моих сверстников и более молодых неврологов, взяв в руки перо, вспомнить о выдающихся представителях российской неврологии и, наконец, мне было внутренне необходимо рассказать о людях, которые способствовали тому, что моя неврологическая жизнь оказалась наполненной и интересной.

Хочу поблагодарить мою сотрудницу кандидата медицинских наук М. И. Вендрову за помощь на заключительном этапе оформления рукописи.

Москва, Медицинское информационное агентство, 2000 год

 

 

Скачайте официальные приложения мероприятия, чтобы:

  • Получать полную информацию о мероприятии.
  • Следить за обновлением расписания в режиме реального времени.
  • Составлять собственное расписание из понравившихся выступлений.
  • Оценивать выступления и задавать вопросы спикерам.
      

 

 

Уважаемые коллеги, просим обратить внимание, что сертификаты НМО выдаются только в случае, если Вы прослушали не менее шести академических часов в день на площадке конгресса;
Выдача сертификата НМО производится только при предъявления документа, удостоверяющего личность.